В начало
 
   
Главная
   
  Музеи
  История
  Архитектура
   
  Гостиницы
  Рестораны
  Экскурсии
  Транспорт
  Информация
   
  Другие города

 

Отчет о поездке в Пошехонье.

Автор - padunskiy



улица Преображенского – магазин Свешникова - Городская управа – площадь Свободы - Гостиный двор

I

    Покинув Рыбинск зрелым утром, я уже в полдень оказался в Пошехонье. Конечно, опытный путешественник не станет терять первые утренние часы, когда солнце вываливается из-за горизонта и плавится тёплыми длинными лучами, отчего брутальные столбы Гостиного двора приобретают гламурный розовый оттенок. Но, во-первых, я не люблю ездить, не позавтракав, поскольку никогда не знаешь, найдётся ли в этом городке приличная едальня. Во-вторых, я не могу отказать себе в удовольствии выпить с утра чашечку хорошего кофе; а прекрасные маленькие русские городки тем и отличаются от своих средиземноморских собратьев, что кофе по утрам не предлагают. Увы.



II

    Несмотря на какие-то 66 километров, отделяющие Рыбинск от Пошехонья, путь занимает два часа. Автобус пыхтит, кряхтит и выписывает замысловатые зигзаги, объезжая ямы и рытвины, - какая уж тут скорость? Губернатору, громко мечтающему о возрождении славы пошехонского сыра, не мешало бы начать с дороги. А то сыр, того и гляди, околеет, пока его будут везти в магазин.



III

    Автобус остановился у автостанции, окружённой разнокалиберными ларьками. Тылы станционного здания, поросшие густыми кустами, источали…впрочем, не будем о грустном. Я не сунулся в эту сторону, а зря: за живописной помойкой струилась тропинка на кладбище с Успенской церковью. Ну да ничего, к церкви я подошёл несколько иным путём в конце прогулки.
    Справившись с автобусным расписанием, стал спускаться в центр.





IV

    Надо сказать, что город Пошехонье похож на головку сыра, аккуратно порезанную на увесистые куски. Правда, края головки безжалостно обкорнали, да и внутри прогрызли длинные кривые ходы) Главный для нас разрез – улица Преображенского – как раз и вёл к центральной площади.



V

    Поначалу застройка была деревянной, затем сменилась каменной. Впрочем, деревянные дома были обширны и добротны, с хорошими пропорциями и интересной резьбой. Чем ближе к центру, тем больше и затейливей становились здания. Если магазин купца Свешникова, до сих используемый по назначению, по провинциальному скромен, то на границе площади Свободы (как, кстати, она называлась раньше?) стоят совсем солидные дома, достойные Рыбинска или самого Ярославля.








Магазин купца Свешникова







VI

    Чем не палаццо? Увеличьте окна первого этажа, уменьшите окна третьего, бросьте горсть декора, - и хоть сейчас в Венецию)



VII

    А вот это длинное здание – городская управа, постройки начала XIX века. Даже не знаю, что в нём сейчас, вполне допускаю, что по сию пору присутственные места. Уж больно место лакомое.



VIII

    Главная площадь в Пошехонье совсем не провинциального размера, но бестолкова до чрезвычайности. Судите сами: взгляд идущего по Преображенского упирается в один из корпусов Гостиного двора, хотя построен двор в соответствии с классическими традициями и вместе с Троицкой церковью составляет крепкий ансамбль. Левый край площади падает к реке Пертомке, а правый теряется в лесу. Центральная часть занята неухоженным сквером с обязательными Лукичём и памятником погибшим в Великую Отечественную.





IX

    Сами же ряды Гостиного двора, построенные в 1832 году по проекту ярославского губернского архитектора П.Я. Панькова, величественны и строги.
    Монотонный ритм столбов и арок, принципиальная безначальность и бесконечность композиции здания, вокруг которого можно ходить часами, пока голова не закружится, пустое холодное небо и звенящая безлюдность: Де Кирико, Пьячентини, Альдо Росси.
    Впрочем, о чём это я? Мы же в весёлой розовощёкой России! Давайте лучше представим себе шумную ярмарку, подъезжающие подводы с белозубыми улыбчивыми возницами, шныряющих тут и там мальчишек, степенных горожан с чадами и домочадцами, и полные закрома Родины лавки разной снеди.
______________________________
Архитектор П.Я. Паньков: http://pankov.narod.ru/architect.htm











X

    Сегодня Гостиный двор почти пуст, в нём ни шатко, ни валко работает всего несколько магазинов. Впрочем, пошехонский сыр таки удалось купить. Как же: побывать в Пошехонье и не купить в нём пошехонского сыра? Хотя бы и не местного производства)

 



Троицкий собор – площадь Свободы - дом купцов Шалаевых – набережная Пертомки

XI

    Меня всегда по-детски удивляло, какие витиеватые кренделя выписывает порой жизнь. Даже там, где от неё этого и не ждёшь вовсе. И ещё. Должен признаться, я всегда волнуюсь, когда выясняется, что городок, в который тебя заносит нелёгкая судьба, вдруг каким-то образом оказывается связан с Сибирью. Ну или с Уралом) Вот и с Пошехоньем та же история. Давным-давно, ещё в XVI веке, старец Иона, прозванный «Пошехонцем», основал в излучине рек Соги, Согожи и Пертомки Свято-Троицкую пустынь. Позже он снялся с места, пошёл на восток и в далёком Верхотурье основал Никольский монастырь. Посмотрите по карте: где Пошехонье, а где Верхотурье. Да?




Троицкий собор

XII

    А в 1717 году на месте Свято-Троицкой пустыни построили Троицкий собор. Было это ещё в монастырском селе Пертома (от слова перт - "изба" (карельское perti, вепсское per't', финское pirtti), за 60 лет до указа о присвоении статуса города и нового названия – Пошехонье.
    В 1883 рядом с Троицким построен храм в честь Рождества Христова. На старом снимке он выглядывает из-за колокольни.

    Источник старого фото: http://www.poshehon.narod.ru/Oldsiti/Index.htm







XIII

    Христорождественский храм был снесён довольно рано, в 1920. Троицкий закрыли и использовали как мазутный цех, а колокольню – как водонапорную башню. Троицкий собор и колокольню возвратили церкви в конце 90-х годов. Священник расскажет Вам как из храма при очистке выносили мазут вёдрами.



XIV

    Вообще, в связи с этой историей нелишним будет вспомнить и о других большевицких проделках. Улица Преображенского, по которой мы прошли в первой части рассказки, названа по имени машиниста местного кожевенного завода, председателя Пошехонского ревкома Сергея Александровича Преображенского. В книге Н. Ракитина «Пошехонцы» есть такие слова: «Пошехонские большевики, не щадя своей жизни, преодолевая неимоверные трудности, боролись за власть Советов, за светлую, счастливую жизнь трудового народа, показывали пример мужества и бесстрашия в проведении в жизнь политики партии». Ни одного искреннего слова, сплошная трескотня. Ну а как в 1918 году рабочие боролись за власть Советов, отнимая зерно у крестьян, рассказывать не нужно. «Во время выезда на ликвидацию вражеской банды, двигавшейся к Пошехонью от Белого села, Сергей Александрович был убит возле Андрианова монастыря» (Н. Ракитин). Монастырь (кстати говоря, не Андрианов, а Адрианов) в том же 1918 большевики разграбили, мощи прп Адриана Пошехонского втоптали в грязь, церковную утварь и иконы вывезли в неизвестном направлении. Такой вот пример мужества и бесстрашия.





XV

    И ещё, раз уж мы заговорили о большевиках. С 1918 по 1992 годы город носил двойную фамилию: Пошехонье-Володарск. Название города удлинилось за счёт присовокупления псевдонима комиссара по делам печати, пропаганды и агитации В. Володарского. Примечательная личность, надо сказать: Моисей Маркович Гольдштейн, образование – 1 класс гимназии. Во взглядах метался как цветок в проруби: то национал-социалист, то украинский социалист, то меньшевик, то межрайонец. Когда стало выгодно – припал к большевицкой груди. «Имел огромные заслуги в деле пропаганды богоборческих идей, насилия и ненависти» (1). Убит своими подельниками-большевиками, когда стал воровать больше, чем было положено партийцу его масштаба,как писал об этом Ф.Ф. Раскольников (2).

    1.Чёрная книга имён, которым не место на карте России. Сост. С.В. Волков. М., Посев, 2004
    2.Ф.Ф. Раскольников. На боевых постах. М., 1964





XVI

    От церкви, мимо Гостиного двора выйдем снова на площадь, к памятнику. Спрятавшийся за кустами, Ленин похож на неудачливого любовника, безутешно ждущего в условленном месте – меж магазином и храмом - свидания.
    На другой стороне интересный дом с несколько крупноватым угловым эркером - особняк купцов Шалаевых (XIX век). Ныне он занят Сберегательным банком России.






дом купцов Шалаевых



XVII

    Немногочисленные туристические сайты дружно называют Пошехонье «городом пяти рек и семи мостов». Мало того, если Вы будете достаточно пытливы, то узнаете также о любопытном свадебном обычае: жених должен перенести невесту через все упомянутые мосты. Удивляюсь, почему до сих пор на этой прекрасной натуре не сняли фильм? Представьте: молодой переносит на недрогнувших руках свою молодую через первый мост и они идут себе дальше, к следующему. Рядом дружки-подружки, веселье, смех, шампанское рекой, слово за слово, намёки, недомолвки, вопросы, обиды и на седьмом мосту он бросает её в набежавшую волну. Ну или она его)
    Это был бы очень поучительный фильм. Жалко, что я не видел его раньше, в молодости. Вся моя жизнь могла бы пойти совсем по-другому)





XVIII

    Идя по набережной Пертомки, увидел подъехавший Мерседес. Не новый, 90-х годов выпуска, но Мерседес! Из машины вышла женщина с тазом белья и спустилась к реке, на мостки для полоскания. Мужчина с ребёнком на руках прохаживался рядом. Забавно: на памятник Ленину у Советов деньги нашлись, а на канализацию нет.





XIX

    Что-то я разворчался и уже надоел Вам, конечно. Тогда просто посмотрите на речку Пертомку, на берег, лодки и дома вдалеке. В них нет ничего особенного, они не внесены в перечень памятников природы или культуры, да и слава Богу. Это обыкновенный русский город и обыкновенная русская природа. К счастью, не уничтоженные лихим двадцатым столетием.





 

 

улица Семенишина – улица Терешковой – Топтыгин дом - Успенская церковь

XX

    М.Е. Салтыков-Щедрин называл эту местность «захолустной пошехонской стороной». Впрочем, это ещё не крайняя степень: В.А. Гиляровский «захолустным захолустьем» называет уже Мышкин. Не станем спорить, тем более что Мышкин у нас впереди и, таким образом, мы сможем сравнить эти два славных города. Хотя я лично склонен согласиться с Владимиром Алексеевичем)



XXI

    Впрочем, ощущение захолустности преодолимо, и довольно легко. Нет, я сейчас говорю не о богатом внутреннем мире и культурной самодостаточности - боже упаси! - кто же теперь такими пустяками балуется) Я о менее сложном и более бюджетораспиловочном способе – развитии туризма. В упомянутом Мышкине всё вертится вокруг мыши и мышиных проделок. Это понятно и предсказуемо. А в Пошехонье?
    В Пошехонье, на мой непросвещённый, ещё не пришли к единому мнению. Посему пробуют на зубок разные варианты: то родиной Водяного себя обзовут, то музей Топтыгина организуют. Ежели вспомнить про волхвов, упоминаемых даже под XI веком в Суздале и пошехонской стороне, про разных ведьм и русалок, то картина совсем калейдоскопичная получится.





XXII

    Скушно, господа! Ну кто сейчас верит в водяных и русалок? Кто их видел при жизни? Нет чтобы организовать музей Непарного Носкокрада – такая нечисть, почитай, в каждом доме водится. Попробуйте пересчитать носки, особенно мужские, - непременно обнаружатся непарные. А ведь это его проделки)



XXIII

    Размышлять таким образом легко, прогуливаясь беззаботно по пустым улицам Пошехонья. Дома крепки, нивы сжаты огороды пусты, в палисадниках догорают последние осенние цветы.





XXIV

    И всё же. Что есть символ города, вокруг чего вертится, как волосок во рту шизофреника, представление о нём?
    Возьмём, скажем, златоглавую нерезиновую. Для кого-то это Кремль, для кого-то – четыре коня Апокалипсиса работы Зураба Константиновича, а для некоторых - дети гор, танцующие на Манежной лезгинку. В упоении от завоёванной с оружием в руках свободы.
    Я же, коли мы не выходим за очерченный малый круг, назову дом на Моховой работы И.В. Желтовского. Впрочем, это моя личная трагедия)












Топтыгин дом

XXV

    Но это большой город. А вот, предположим, Парма. Там делают пармскую ветчину и пармезанский сыр. Чем ещё она знаменита? Пармскими фиалками? Местом действия романа Стендаля? Каким-нибудь особенным местным вином - сухим игристым ламбруско? Ха-ха. Про эти подробности знает 3,5 человека. Не считая нас с Вами, конечно.
    И, Вы будете смеяться, этого достаточно. Парме достаточно. А Пошехонью? Может быть, уже остановимся на сыре? Его, говорят, производят теперь все, кому не лень. Вот и причина: отсудить права, восстановить производство, наладить братские/сестринские отношения с иными сыродельными местностями. И жить себе счастливо. Если большевики разрешат.







XXVI

    С этими весёлыми мыслями мы и попадаем на кладбище. А куда ещё?
    Церковь Успения Пресвятой Богородицы сразу, в 1822 году, строили как кладбищенскую. Старых надгробий, правда, я не заметил. Да и церковь, при всех своих как бы классических формах, щеголяет деревянным фронтоном на каменных колоннах. Видать, не всё ещё успели восстановить.
    Кладбище, по-российски неухожено, пусто и безвидно. Вот нет в нас этого европейского любования смертью, ужаса и сладкого замирания; ну что ты будешь с этим делать? И надо ли что-то делать?


Успенская церковь











XXVII

    День, начинавшийся суматошно и суетно, в результате оказался смирным и добрым, как поглупевшее лицо спящего человека. Мне удалось отовариться пошехонским сыром и итальянским вином в Гостином дворе. Впереди были два часа неспешной дороги до Рыбинска. И я знал, чем займу их.

Рекомендуем очень интересный блог [info]padunskiy, который любезно предоставил нам возможность публикации его отчета.